Дэвид Юм: «Ничего не меняется в созерцаемом объекте, все меняется в созерцающем его сознании»

Современники называли автора «Трактата о человеческой природе», родившегося в Эдинбурге в начале XVIII века, отменным скептиком. Тот не сопротивлялся, уверяя, что не каждый человек может быть философом, как далеко не каждый философ может оставаться человеком. Поскольку люди не в состоянии изменить свою природу, которая в итоге сильнее принципов.

 «Тот счастлив, кто живет в условиях, соответствующих его темпераменту, но тот более совершенен, кто умеет приспосабливать свой темперамент к любым условиям», — говорил Юм, прославившийся после издания книги «Моральные и политические очерки». Где рассматривал мораль, как результат чувств, а не логических суждений.

Для исцеления большинства зол человеческой жизни философ не требовал, чтобы человек обладал крыльями орла, быстротой оленя, силой быка, когтями льва, кожей крокодила или гиппопотама.

«Еще менее требую я для него мудрости ангела или херувима. Я довольствуюсь увеличением какой-нибудь одной силы или способности его души. Пусть у него будет большая склонность к прилежанию и труду, более сильная живость и активность духа, более постоянное расположение к деятельности и трудолюбию».

Когда Юм слышал, что тот или иной человек религиозен, то сходу представлял мошенника, хотя и знал много очень хороших верующих. Его пытались отлучить от шотландской церкви, он проигрывал выборы на должности в университет Глазго. При этом работал на дипслужбе во Франции, а Общество юристов избрало его хранителем Адвокатской библиотеки (ныне Национальная библиотека Шотландии).

Юм настаивал, что любовь есть не что иное, как желание счастья другому. А человеку, который долго говорит о себе, трудно избежать тщеславия.

Философ уверял, что «мы порицаем всякий обман, всякое нарушение слова, потому что считаем, что свобода и широта общения между людьми находятся в полной зависимости от верности обещания». И как всегда в точку!

Юм считал, что ничего не меняется в созерцаемом объекте, все меняется в созерцающем его сознании. Но человеческие действия мотивированы страстями, а не разумом. Разум лишь «раб страстей», обслуживающий наши желания. В то время, как главная радость в человеческой жизни дружба, а умеренность — единственный источник спокойствия и счастья.